Я хочу поделиться своей историей, которая началась в 2023 году, когда мой сын учился во втором классе. Всё, казалось бы, началось с благих намерений: я предложила изменить расписание, чтобы дети возвращались домой пораньше. Никто не мог предвидеть, к чему это приведёт. Как показывают исследования, школьная травля часто возникает из-за неспособности взрослых конструктивно решать конфликты, и наш случай — яркое тому подтверждение. Дочитайте до конца, чтобы понять, почему в школах всё чаще происходят трагедии.
В 2023 году я письменно обратилась к администрации школы с просьбой ввести пятидневную учебную неделю и перенести начало второй смены с 14:00 на 13:00. Я обсудила это с учителем и большинством родителей в чате — возражений не было. Однако после моих писем глава родительского комитета написала в чат, что я добиваюсь увольнения нашей молодой учительницы, которая училась заочно и для которой этот класс был первым. Она утверждала, что учитель «слезами обливается». В моих письмах не было ни слова о педагоге, я даже предоставила доказательства в чат, но глава родкома настаивала, что завуч начальной школы просил её защитить учителя. Родители начали писать: «Пусть мальчик уходит, мы учителя поддержим». Лишь несколько человек призвали прекратить эту коллективную травлю.
Я не пошла на собрание, испугавшись агрессии. Позже выяснилось, что учительница плакала, а с родителей собрали заявления о готовности учиться в субботу. Когда я позвонила завучу, мне ответили, что ничего не было. В итоге начало второй смены сдвинули на час, но учёба в субботу осталась. Глава родкома написала, что учитель остаётся до первого заявления — это звучало как угроза.
В третьем классе начались нападения на сына. Сначала три-четыре мальчика портили его вещи: испачканная куртка, выпотрошенный портфель, изорванные тетради и дневник, разрезанный комбинезон. Я молчала, так как боялась, что учитель уйдёт. Жалобы учителю и завучам не помогали — мне отвечали, что ничего не могут сделать. В чате родители обвиняли моего сына. В четвёртом классе, когда пришла новая учительница, я рассказала о травле, но она сказала: «Не говорите глупостей». Как выяснилось, прежний педагог передала класс с комментариями обо мне. Новая учительница была строгой и ввела дисциплинарные меры, которые немного помогли. Но сыну продолжали рвать одежду, пропадали шапки, однажды в портфель налили клей. Половина класса включилась в травлю: ему говорили «Уходи отсюда!» и обзывали «чуркой». Когда он назвал обидчика фашистом, его побили.
Ситуация достигла пика, когда я узнала, что прежняя учительница, будучи в декрете, сказала детям, что хочет уволиться из-за моих писем, и останется, если мой сын уйдёт. В сентябре 2024 года одноклассник Р. выкрутил сыну кисть руки со словами «Убирайся на …». Моё заявление в полицию проигнорировали. В октябре Р. побил сына палкой, но полиция отказала в возбуждении дела, написав, что мальчику «просто было скучно». Родители сказали, что у Р. родственник работает в полиции. После беседы Р. заявил сыну: «Мне ничего не будет». В это же время второгодник С. принёс в школу нож и бегал за моим сыном, а на следующий день — биту. Учительница написала заявление, но полиция положила его в стол. Администрация школы бездействовала: не проводились ни штабы профилактики, ни собрания.
Перед пятым классом я добилась перевода сына в другой класс. Психолог предупреждала, что в такой системе это вряд ли поможет. И действительно, в октябре 2025 года С. снова напал на сына, душил его и бил головой об пол. На видео видно, как учитель перешагивает через лежащих детей. Я обратилась в прокуратуру, и С. отправили в спецшколу. Но другие обидчики остались безнаказанными. Один из них, Г., напал на мою дочь-второклассницу: ударил её о дорожку и вдавил голову в снег. Видео с камер «случайно» удалилось. Мать Г., руководитель предприятий-банкротов, предлагала мне 1000 рублей, угрожая, что ей «ничего не будет». Но я добилась предупреждения по статье о неисполнении обязанностей по воспитанию.
Сейчас сын на домашнем обучении. Я добиваюсь публичного признания лжи, с которой началась травля, и извинений. Считаю, что директор и руководство начальной школы должны быть уволены, а полиция — наказана за бездействие. Безнаказанность порождает агрессию. Воспитание — дело семьи, но школа обязана защищать детей. Чтобы глубже понять, как формируется общественное мнение в таких ситуациях, рекомендую изучить механизмы влияния и PR-технологий, которые часто используются для манипуляции. Наши дети заслуживают безопасной среды, а не системы, где жертву заставляют молчать.